По свидетельству Никиты Чекулина, он стал оказывать содействие ФСБ РФ, поскольку справедливо полагал, что это поможет расследованию дела. А возможно, позволит понять, откуда появилась промышленная взрывчатка, содержащая гексоген, примененная в ходе терактов 1999 года. Надежды на объективное разбирательство развеялись только после того, как уголовное дело было прекращено, а сам Чекулин осознал, что его хотят нейтрализовать – сделать обвиняемым по уголовному делу или устранить другим способом.
Бывший и. о. директора «Росконверсвзрывцентр» утверждал, что с лета 2000 года ФСБ осуществляло наружное наблюдение и прослушивало телефоны директора института Щукина (под руководством которого институт торговал взрывчаткой, -- прим.). В рамках этих мероприятий к сотрудникам ФСБ попали документы, из которых следовало, что ГУБОП МВД РФ собирает информацию и скрыто наблюдает за Чекулиным.

В июле 2000 года старший лейтенант Позднов из отдела по борьбе с экономическими преступлениями УВД ЦАО г. Москвы, который работал над материалами проверки по заявлению министра образования Филиппова, пришел в институт для выемки документов, как будто, в рамках уже возбужденного в отношении Чекулина уголовного дела по статье мошенничество. По словам Чекулина, «Позднов выглядел подавленным и сообщил, что инструкции по делу о мошенничестве (...) он получил почему-то в 9 отделе ГУБОПа МВД России (...) в присутствии самого Щукина. Позднов честно предупредил о грозящих (...) обысках, в том числе по месту жительства».
Никита Чекулин отметил, что, контактируя с отделом полковника Дюпюи (Департамента «Т» ФСБ РФ), он сообщал интересующие сотрудников ФСБ сведения для расшифровки телефонных переговоров Щукина, выезжал на просмотр видеоматериалов наружного наблюдения: «Все чаще в телефонных переговорах (...) появлялся человек по имени Котов Владимир Борисович, который, в частности, договаривался о скорой встрече Щукина с первым зам министра внутренних дел Козловым для урегулирования возникших проблем (...). Прослушивание телефонных переговоров Щукина позволило выявить подготовленное на меня нападение (...)».

2 августа 2000 года сотрудник ФСБ сообщил Никите Чекулину о готовящемся покушении. Это следовало из прослушанных телефонных переговоров, поэтому Чекулину посоветовали срочно покинуть Москву, а спустя некоторое время – обратиться в приемную ФСБ с заявлением о преследованиях со стороны ГУБОПа.

17 августа 2000 года такое заявление поступило в приемную. А через несколько часов Никита Чекулин встретился с министром Филипповым по той же проблеме. И уже утром 18 августа сотрудники ФСБ вновь посоветовали Чекулину выехать за город. Как показала практика, не напрасно, поскольку в тот же день оперуполномоченный ГУБОПа Щавинский выписал повестку о вызове бывшего и. о. директора института на допрос, который был назначен на 19 августа 2000 года. Хотя как потом выяснилось, уголовное дело было возбуждено только 24 августа, то есть никаких юридических оснований для допроса 19 августа не существовало.

23 августа 2000 года супругу и дочь Никиты Чекулина на четыре часа задержали на посту ГИБДД в поселке Жуковка, требуя сообщить местонахождение главы семьи. После чего Чекулин был вынужден скрываться у родственников и сослуживцев.

1 сентября 2000 года Никиту Чекулина пригласили на Лубянку, где сотрудник Митяев из управления «М» сообщил ему, что опасность миновала. По сообщению Никиты

Testimony of Nikita Chekulin

Nikita Chekulin, the former acting director of 'Roskonversvzryvtsentr', began assisting the FSB of the Russian Federation because he believed it would aid the investigation into the case, specifically regarding the origin of industrial explosives containing hexogen used during the 1999 terrorist attacks.

Hopes for an objective investigation faded after the criminal case was terminated, leading Chekulin to realize that authorities intended to either prosecute him or eliminate him.

FSB Surveillance and Monitoring

Chekulin claimed that since the summer of 2000, the FSB had been conducting:
* Physical surveillance on the institute's director, Shchukin.
* Wiretapping of the institute's phones.

These measures also revealed that the GUBOP of the MVD of the Russian Federation was collecting information and covertly monitoring Chekulin.

Events in July 2000

In July 2000, Senior Lieutenant Pozdnov from the Department for Combating Economic Crimes of the Department of Internal Affairs of the Central Administrative District of Moscow visited the institute.

• Context: Pozdnov was working on verification materials based on a statement by Minister of Education Filippov.
• Action: He arrived to seize documents, allegedly as part of a criminal case already initiated against Chekulin under the fraud article.
• Chekulin's Account: Chekulin reported that Pozdnov appeared depressed and stated he had received instructions regarding the fraud case from the 9th department of the GUBOP of the MVD of Russia, in the presence of Shchukin. Pozdnov also warned about impending searches, including at the place of residence.

Information Provided to the FSB

While in contact with Colonel Dupuy (Department 'T' of the FSB of the Russian Federation), Chekulin provided information valuable to FSB officers:

• He helped decode Shchukin's telephone conversations.
• He viewed video materials from physical surveillance.
• Chekulin noted that a person named Kotov Vladimir Borisovich frequently appeared in telephone conversations, who arranged an early meeting between Shchukin and the First Deputy Minister of Internal Affairs Kozlov to resolve issues.
• The wiretapping of Shchukin's conversations allowed for the identification of a planned attack against Chekulin.

Escalation and Threats

The following timeline details the escalating threats against Chekulin:

According to Nikita's report...