14-15
№67 (1092) 12.09—14.09.2005 г.

ГЕКСОГЕН
Рязанский сахар

Держа в руках папки с непоказанными вещдоками, лубянские представители случайно натолкнулись на адвоката и не успевшего покинуть свое место ведущего. Вместо прощания бросили и тому и другому по фразе: «Ты жди допроса!», «А тебя посадим!»

В верхнем ряду, где сидели рязанцы, руку поднял мужичок лет сорока. Он по-простецки заявил, что сам является жителем того самого дома, но готов рассказать о главном — о происходившем по дороге в Москву. Якобы сотрудники передачи, сопровождавшие ехавших в автобусах, его и всех остальных инструктировали, о чем нужно говорить, чтобы опорочить ФСБ.
Повисла пауза, которую я умышленно не стал заполнять вопросами. В конце концов, я же не ехал с ними в автобусе.
Включился крошечный радионаушник. Режиссер подсказывал в ухо ведущему выход из положения: «Может быть, пора уйти на сюжет?». Едва заметное покачивание головой на камеру: нет, не пора, пусть выяснят, кто кого агитировал.
Так обычно начинают ранние птицы. Сперва одна несмело, словно пробуя силы, а потом птичья разноголосица сливается с шумом, знаменующим начало дня. «Что-то я тебя не помню». — «Не болтай, не было этого». — «И я его не видел никогда». — «Мужик, ты из какой квартиры?» — «Нет у нас такого!» — «Да это фээсбэшник засланный!» — «Заберите своего!» — «Пусть пересядет!»
Потом пожаловавшийся на инструктаж мужичок, стремясь доказать, что он действительно из Рязани, пытался сесть в один из автобусов, увозивших домой участников передачи. Пинками и короткими ударами обманщика выбросили на грязный московский снег.
Под конец программы защищенные угодливым кольцом вертухаев. Местные взрывотехники, первыми проводившие анализ, оказывается, взяли оборудование, побывавшее в Чечне, поэтому, дескать, испачканный разными гремучими смесями прибор ошибочно указал на наличие взрывчатки. А то, что бдительный очевидец разгрузки обратил внимание на желтоватые гранулы в мешках, — так это связано с качеством купленного в учебных целях на рязанском рынке сахара. Да, вы не ошибаетесь, уголовное дело по статье...

...пится его не страдавшая в ту пору трусостью телекомпания. Они начали с того, что в один воскресный день принялись снимать окна моей квартиры. Не знаю, какие изобличающие меня и мою семью сцены хотел подсмотреть оператор. О съемке я узнал случайно. Позвонил сосед, живший в доме напротив. Его удивило, что оператор, использовавший профессиональную аппаратуру, во время съемки прятался за гаражами.
Теперь мы смотрели в упор друг на друга. Я на оператора — из окна, он в видоискатель — на мое увеличенное оптикой лицо. По моей просьбе к человеку с камерой спустился позвонивший сосед и передал от меня привет.
Дальше было смешно. Оператор, вылезший из своей засады, стал, семеня, прятаться за троллейбусом. На нем же и уехал — вместе с камерой и штативом. На следующей остановке любитель домашнего видео вышел и пересел в машину, где находились какие-то люди. Потом таких машин было нарочито много. С включенными габаритными огнями они стояли под окнами и напротив гаража даже ночью. Иногда мы с женой тихонько разглядывали людей, сидевших в салонах автомобилей с видом дремлющих истуканов. Они пытались изображать, что не замечают нас. Мы принимали правила игры и с медлительностью неграмотных присяжных сверяли в блокнотах цифры сверкающих свежей краской автомобильных номеров.
Иногда, обычно за полночь, отдернув шторы, мы обнажали окна большой комнаты...

14-15

No. 67 (1092) 12.09—14.09.2005

HEXOGEN

Ryazan Sugar

Holding folders with unshown evidence, Lubyanka representatives accidentally ran into the lawyer and the host who hadn't managed to leave his seat. Instead of a goodbye, they threw a phrase at both: "You wait for interrogation!", "And we'll put you in jail!"

In the top row, where the Ryazan residents sat, a man of about forty raised his hand. He simply stated that he himself was a resident of that very house, but was ready to tell the main thing — about what happened on the way to Moscow. Allegedly, the show's staff, who accompanied those traveling in the buses, instructed him and everyone else on what they should say to discredit the FSB.

A pause hung in the air, which I deliberately did not fill with questions. After all, I hadn't traveled with them on the bus.

A tiny radio earpiece turned on. The director whispered in the host's ear a way out of the situation: "Maybe it's time to go to a segment?". A barely noticeable shake of the head to the camera: no, not time yet, let them find out who was campaigning for whom.

This is how early birds usually start. First one timidly, as if testing its strength, and then the bird cacophony merges with the noise marking the beginning of the day. "I don't seem to remember you." — "Don't talk nonsense, that didn't happen." — "And I've never seen him." — "Man, what apartment are you from?" — "We don't have anyone like that!" — "Why, he's a planted FSB guy!" — "Take your man back!" — "Let him move!"

Later, the man who complained about the briefing, trying to prove that he was indeed from Ryazan, tried to get into one of the buses taking the show participants home. With kicks and short blows, the deceiver was thrown out onto the dirty Moscow snow.

Towards the end of the program, protected by a sycophantic ring of guards. Local explosives experts, who were the first to conduct the analysis, it turns out, took equipment that had been in Chechnya, so, they say, the device, soiled with various explosive mixtures, erroneously indicated the presence of explosives. And the fact that a vigilant eyewitness to the unloading noticed yellowish granules in the bags — well, that's due to the quality of the sugar bought for training purposes at the Ryazan market. Yes, you are not mistaken, the criminal case under the article...

...his television company, which at that time did not suffer from cowardice. They began by starting to film the windows of my apartment one Sunday. I don't know what incriminating scenes of me and my family the cameraman wanted to spy on. I found out about the filming by chance. A neighbor who lived in the house opposite called. He was surprised that the cameraman, using professional equipment, was hiding behind garages during the filming.

Now we were looking point-blank at each other. I at the cameraman — from the window, he into the viewfinder — at my face enlarged by optics. At my request, the neighbor who called went down to the man with the camera and passed on my regards.

What happened next was funny. The cameraman, emerging from his ambush, began to scurry and hide behind a trolleybus. He left on it — along with the camera and tripod. At the next stop, the home video enthusiast got out and transferred to a car where some people were. Later, there were deliberately many such cars. With their parking lights on, they stood under the windows and opposite the garage even at night. Sometimes my wife and I quietly watched the people sitting in the car interiors with the look of slumbering idols. They tried to pretend they didn't notice us. We accepted the rules of the game and, with the slowness of illiterate jurors, checked the numbers of license plates sparkling with fresh paint in our notebooks.

Sometimes, usually after midnight, pulling back the curtains, we exposed the windows of the large room...