Согласно заключению члена комиссии доктора технических наук Бринзы, по дополнительным платежным документам было обнаружено существование еще 33 договоров, отсутствовавших в материалах института. Всего доктор Бринза проанализировал 245 контрактов. Они указывали на то, что НИИ «Росконверсвзрывцентр» закупил у воинских частей и химических заводов 34 157 тонн взрывчатых веществ. Однако, по предоставленным комиссии контрактам, институт должен был отправить потребителям только 23 161 тонну взрывчатки. То есть в предъявленных документах отсутствовали данные о 10 996 тоннах ВВ.
Приказом министра образования (№ 2056 от 06.07.2000 года) «О результатах проверки НИИ «Росконверсвзрывцентр»» его директор Ю. Г. Щукин был освобожден от занимаемой должности. Правда, ненадолго. Вскоре он вернулся на свой пост.
В декабре 2001 года в телевизионном интервью каналу «Ren-TV» Юлий Щукин, чью деятельность, собственно, и изучала комиссия Минобразования, заявил, что занимался не только гексогеном, но и другими, еще более опасными веществами, например, октагеном. Тем не менее ни одного контракта насчет гексогена и октагена комиссия не получила. Отсюда можно сделать вывод, что специалисты, привлеченные Министерством образования РФ, лишь частично смогли изучить деятельность института. И вопрос о том, был ли гексоген среди неучтенных 10 996 тонн взрывчатки остается открытым.

Попал ли гексоген в нелегальный оборот?
Важно понимать, что нелегальный оборот взрывчатых веществ — это не только их непосредственная продажа на черном рынке одним преступником другому. В случае с НИИ «Росконверсвзрывцентр», не потрудившись создать четкую законодательную базу, жесточайшим образом регулирующую оборот взрывчатки (хотя бы между госорганизациями), государство само породило условия для утечки опасных веществ. Система их учета и контроля давала сбои на каждом шагу, и этому есть документальное подтверждение.
Институт, действуя вне законодательного поля (вполне возможно, что и вынужденно), отпускал гексоген тоннами. По свидетельству Никиты Чекулина, к примеру, полковник Воробьев из Главного управления гражданской обороны и чрезвычайных ситуаций тверской области пытался получить по доверенности НИИ «Росконверсвзрывцентр» одну тонну гексогеновых шашек. При этом сделка была оформлена генералом МЧС Степановым В. В., как поставка тротила (договор № 11509795-142-99 от 24 декабря 1999 г.) с платежным поручением на счет института, как сказано в документе, «за тротил».
27 апреля 2000 года директор института Щукин выдал Тверскому управлению гражданской обороны и чрезвычайных ситуаций доверенность на получение с территории военной части № 68 586 одной тонны гексогена.
Полковник Воробьев пытался получить тонну гексогена даже в период проверки института, ссылаясь на то, что сделка уже была оплачена. Ему отказали в новой доверенности. Но, судя по всему, гексоген все же был получен, поскольку бухгалтерия организации не выставила институту никаких претензий.
Когда осенью 2001 года корреспондент «Новой газеты» Павел Волошин задал директору НИИ Щукину вопрос, для чего потребовались гексогеновые шашки Управлению ГО и ЧС Тверской области, тот ответил: «Для усадки домов в Твери».
Примечательно то, что МЧС России решительно отрицало не только саму возможность такой сделки, но и существование полковника Воробьева. Так на запрос депутата Государственной думы РФ Сергея Ковалева, адресованный министру по делам гражданской обороны и чрезвычайных ситуаций Сергею Шойгу (КС-2260 от 16.05.02) статс-секретарь, заместитель министра А. П. Москалец ответил (письмо № 30-90-11 от 27 мая 2002 г.):

Timeline of Events

• An active participant of the group, employee of the Valuyki GROVD - Ka-enev Alexander Viktorovich personally gave me the statement of Vinogradova V.K. and the protocol with the testimony of Vinogradov V.L. on 06.07.98.
• I was released from the settlement colony YuS-321/6 on parole based on forged materials.

Motive for Release:

• For July 1998, the largest algorithm of hexogen transportations was planned. It could not be disrupted under any circumstances.

• 14.07.98. at 23:00 in the city of Valuyki, an active participant of the group - Vinogradov Sergey Valentinovich - was shot.

• 14.07.98. at 23:30 I was picked up from bed by the district inspector - Kazakov Sergey Anatolyevich and taken to the Valuyki GROVD.