Судья не потрудился указать в своем решении (от 2 апреля 2003 г.) даже на предоставленные письменные доказательства, приобщенные к материалам дела: просто проигнорировал уже упомянутую нами статью Рустама Арифджанова «А город не знал, что учения идут», где отчасти цитировались документы, относящиеся к рязанским событиям, и решительно отверг ходатайство о вызове самого автора в качестве свидетеля.

Но главное, суд совершенно не обратил внимание на документы спецслужб, которые все же удалось получить депутату Ковалеву: (1) копию Постановления о возбуждении уголовного дела, принятии его к своему производству и создании следственной группы следователя СО УФСБ России по Рязанской области от 23 сентября 1999 г., (2) Постановление об отказе в возбуждении уголовного дела Старшего помощника Генпрокурора РФ от 22 марта 2000 г. и (3) Постановление о прекращении уголовного дела старшего следователя СО УФСБ по Рязанской области от 6 апреля 2000 г.

На каком основании были отвергнуты все эти важные материалы, так и осталось тайной, ведь они свидетельствовали либо о страшной неразберихе в системе ФСБ РФ, либо о том, что никаких учений не было вовсе, раз по их поводу свои же сотрудники возбуждали уголовное дело.

В остальном Мещанский суд поступил парадоксально. Он решил, что депутат Госдумы не вправе контролировать деятельность органов федеральной службы безопасности и в удовлетворении жалобы отказал. Хотя ни о каком контроле не было и речи. Сергей Ковалев всего лишь запрашивал информацию и документы, пытаясь реализовать свое право на получение объективных данных в полном соответствии с законом о статусе депутата.

И хотя итог закрытого процесса был предрешен, он, все же, дал некоторые результаты. На свет появились дополнительные документы. Так выяснилось, что в Рязани в рамках учений был проведен некий «оперативный эксперимент» (нечто принципиально новое). Это следовало из предоставленного суду письма на имя заместителя руководителя Департамента по защите конституционного строя и борьбе с терроризмом ФСБ России от 14.09.99. И суд с легкостью сделал вывод: в Рязани проводились не учения, а «оперативный эксперимент», что относится уже к оперативно-розыскным мероприятиям и, по закону, составляет большую тайну.

Явные противоречия судью не волновали. Он просто отмел тот факт, что совсем недавно (18.10.2002 № К-5345) в своем официальном ответе на депутатский запрос и. о. директора ФСБ Проничев написал, что в Рязани были проведены учения, а в городах Иваново, Курск и Орел – оперативно-розыскные мероприятия. Следовательно, то, что было в Рязани, оперативно-розыскным мероприятием никак не являлось. Если же письмо Проничева рассматривать, как несерьезное, следует признать, что у руководства спецслужб семь пятниц на неделе, и в ведомстве царит невообразимая путаница, опасная для общества и государства.

Не ограничиваясь решением судов первой инстанции, 24 апреля 2003 года депутат Сергей Ковалев обратился в Московский городской суд. В своей кассационной жалобе на решение Мещанского суда, протестуя против того, что даже этот предсказуемый процесс оградили от общества большим непроницаемым забором, он в частности отметил:

«Суд принял необоснованное решение о проведении закрытого судебного заседания. Поводом к объявлению суда закрытым послужило предъявление ответчиком (представителем ФСБ РФ, -- прим.) для обозрения документа с грифом «для служебного пользования» -- письма на имя руководителя Департамента по защите конституционного строя и борьбе с терроризмом ФСБ России от 14.09.99.

В соответствии со статьей 10 ГПК РФ, разбирательство в закрытых судебных заседаниях осуществляется по делам, содержащим сведения, составляющие государственную тайну, тайну усыновления (удочерения) ребенка, а также по другим делам, если это предусмотрено федеральным законом. Разбирательство в закрытых

Court Decision Analysis and Appeals

Initial Court Decision (Dated April 2, 2003)

The judge's decision was notably dismissive of the submitted written evidence. Specifically:

• The judge ignored the article by Rustam Arifdzhanov, titled "And the city didn't know that exercises were underway," which partially quoted documents relating to the Ryazan events.
• The judge resolutely rejected the motion to summon the author of the article as a witness.

Ignored Special Service Documents

Crucially, the court completely disregarded documents obtained by Deputy Kovalev from the special services:

1. A copy of the Resolution to initiate a criminal case, accept it for proceedings, and create an investigative group by an investigator of the Investigative Department of the FSB Directorate for the Ryazan Region dated September 23, 1999.
2. The Resolution to refuse to initiate a criminal case by the Senior Assistant to the Prosecutor General of the RF dated March 22, 2000.
3. The Resolution to terminate the criminal case by the senior investigator of the Investigative Department of the FSB Directorate for the Ryazan Region dated April 6, 2000.

The grounds for rejecting these important materials remained a mystery, suggesting either:
* A terrible mess within the FSB of the RF system.
* The fact that there were no exercises at all, given that the FSB's own employees initiated a criminal case regarding them.

Paradoxical Actions of the Meshchansky Court

The Meshchansky Court acted paradoxically:

• It ruled that a State Duma deputy is not entitled to control the activities of the federal security service bodies and denied the complaint.
• This ruling was made despite Sergei Kovalev merely requesting information and documents, attempting to exercise his right to obtain objective data in accordance with the law on the status of a deputy.

Uncovered Information and "Operational Experiment"

Despite the unfavorable outcome of the closed trial, some results emerged:

• Additional documents came to light, revealing that in Ryazan, a certain "operational experiment" (something fundamentally new) was conducted within the framework of the exercises.
• This conclusion was drawn from a letter submitted to the court, addressed to the deputy head of the Department for the Protection of the Constitutional Order and the Fight against Terrorism of the FSB of Russia dated 14.09.99.
• The court easily concluded that what occurred in Ryazan was not an exercise, but an "operational experiment," which legally refers to operational-search activities and constitutes a major secret.

Contradictions in Official Statements

The judge overlooked obvious contradictions:

• In his official response to a deputy's inquiry (18.10.2002 No. K-5345), Acting FSB Director Pronichev stated that exercises were conducted in Ryazan, while operational-search activities were conducted in Ivanovo, Kursk, and Orel.
• This discrepancy led to the conclusion that what happened in Ryazan was in no way an operational-search activity.
• If Pronichev's letter is considered unserious, it implies that the leadership of the special services is fickle, and unimaginable confusion reigns within the department, posing a danger to society and the state.

Appeal to the Moscow City Court

Deputy Sergei Kovalev did not limit himself to the first-instance court decision. On April 24, 2003, he appealed to the Moscow City Court.

In his cassation appeal against the Meshchansky Court decision, he protested that even this predictable process was shielded from society by an impenetrable wall. He specifically noted:

"The court made an unfounded decision to hold a closed court session. The reason for declaring the court closed was the defendant's (a representative of the FSB of the RF, -- note) presentation for inspection of a document marked 'for official use' -- a letter addressed to the head of the Department for the Protection of the Constitutional Order and the Fight against Terrorism of the FSB of Russia dated 14.09.99."

He further cited the legal basis for closed sessions:

"In accordance with Article 10 of the Code of Civil Procedure of the RF, proceedings in closed court sessions are carried out in cases containing information constituting a state secret, the secret of adoption (adoption) of a child, as well as in other cases if provided for by federal law. Proceedings in closed..."