Ответ: Вопрос идёт в спец. службах только о ликвидации. Т. е. им не выгодно взять меня живым, потому что я буду говорить. Но не исключено, что со мной может произойти то же самое, что и с этим человеком. И я буду говорить то, что они хотят от меня услышать, даже если своими словами я подпишу себе смертный приговор. Истина то, что я сейчас говорю, находясь на свободе. Не в их руках.

Вопрос: Так вы не даёте гарантии именно за себя, что в случае вашей поимки вы не будете давать ложных показаний против себя?

Ответ: Нет, конечно. Если я окажусь в их руках, в руках ФСБ, то, что я сейчас говорю – не буду говорить, я буду говорить то, что они хотят.

Вопрос: Ну если Берия не смог выдержать эти пытки, я думаю, наверное, мало кто сможет противостоять ФСБ. И у них есть много способов выбивать информацию.

Ответ: Конечно.

Кореспондент: Спасибо вам за то, что вы согласились дать нам интервью. Спасибо большое. И мы надеемся, что именно ваше интервью прольёт свет на истинных виновников и заказчиков этого преступления.

Ответ: Я тоже очень на это надеюсь.

Interview Transcript Excerpt

Q&A Session

Question: So you are not giving a guarantee for yourself specifically, that in the event of your capture you will not give false testimony against yourself?

Answer: No, of course not. If I end up in their hands, in the hands of the FSB, I will not say what I am saying now; I will say what they want.

Question: Well, if Beria could not withstand these tortures, I think, probably, few people can resist the FSB. And they have many ways to beat out information.

Answer: Of course.

Correspondent: Thank you for agreeing to give us an interview. Thank you very much. And we hope that your interview specifically will shed light on the true perpetrators and masterminds of this crime.

Answer: I also hope for that very much.

Additional Statement

Context: Regarding special services and liquidation.

Statement: Within the special services, the only question is about liquidation. That is, it is not in their interest to take me alive, because I will talk. But it is not excluded that the same thing could happen to me as happened to that person. And I will say what they want to hear from me, even if with my own words I sign my own death warrant. The truth is what I am saying now, while being free. Not in their hands.