1. Почему Комиссия не получила никаких письменных данных о показаниях Бачаева и Крымшамханова?

В своем выступлении Юрий Фельштинский сослался на показания Бачаева и Крымшамханова, обвинивших в организации взрывов Николая Патрушева и Германа Угрюмова. Но не описано, как они вышли с ним на связь, идентифицировалась ли их личность, и, главное, есть ли связь между ними и Гочияевым?

Есть ли запись показаний Бачаева и Крымшамханова? На связь они вышли напрямую или через посредников? И почему они и Гочияев вышли на связь именно с Фельштинским и Литвиненко?

Why did the Commission not receive any written data regarding the testimonies of Bachaev and Krymshamkhalov?

In his speech, Yuri Felshtinsky referred to the testimonies of Bachaev and Krymshamkhalov, who accused Nikolai Patrushev and German Ugryumov of organizing the explosions. However, it is not described:

• How they contacted him
• Whether their identities were verified
• Whether there is a connection between them and Gochiyayev

Is there a recording of the testimonies of Bachaev and Krymshamkhalov?

• Did they make contact directly or through intermediaries?
• Why did they and Gochiyayev contact Felshtinsky and Litvinenko specifically?