15 декабря в 11.00 у здания Московского окружного военного суда (Москва, Старый Арбат, 37) Комитет защиты политзаключенного Михаила Трепашкина проводит пикет в его защиту.

Информацию о деле Михаила Ивановича Трепашкина можно получить на сайтах trepashkin.narod.ru и kolokol.ru или по телефонам: Горохов Н.В. 352-80-77, 8-916-981-80-09.

Михаил Трепашкин и взрывы домов
Заявление московской группы по исследованию событий сентября 1999 года

Михаил Иванович Трепашкин, бывший следователь ФСБ, а ныне адвокат, задержан 22 октября — за неделю до начала слушаний в Мосгорсуде по взрывам домов.
Вопрос о его аресте по обвинению в преступлении из разряда тяжких — разглашении государственной тайны — рассматривался Главной военной прокуратурой начиная с весны. Но арестован он по другому обвинению — в хранении пистолета. Мы убеждены, что это обвинение фальсифицировано и что арест Трепашкина связан именно с делом о взрывах.
Нам известны пять случаев явного подброса оружия нашим знакомым чеченцам и ингушам. В двух из них люди были осуждены на 3 года, но освобождены через год, в остальных трех даже не заводились уголовные дела — ни против задержанных, ни по факту обнаружения оружия. Еще одного ингуша, якобы со следами гексагена на руках, продержали в тюрьме 3 месяца, подвергая физическим и моральным пыткам. Самого Трепашкина пытаются обвинить в незаконном хранении оружия уже в четвертый раз.

Расследование взрывов только благодаря Трепашкину стало именно расследованием, а не чтением чужих публикаций. Михаил указал методику, благодаря которой стал возможен поиск свидетелей. Первые сведения, найденные им самим, он представил всем трем группам, исследующим события: Фельштинскому, Ковалеву и нам. В дальнейшем, пользуясь его методикой, наша группа и Юрий Фельштинский получили очень важные, на наш взгляд, результаты.
Мы заявляем, что найдены веские доказательства причастности ФСБ к организации взрывов домов.
1. Из ФСБ исходило анонимное предсказание о взрыве «трех домов в спальных районах Москвы». Были действительно заминированы три дома: два взорваны, один (на улице Борисовские Пруды) успели разминировать.
2. Найдена связь между фирмой, которая помогла зарегистрировать фирму главного обвиняемого — Гочияева и для которой он был не рядовым клиентом, и фирмой, принадлежащей крупной московской преступной группировке. О связях же этой группировки с ФСБ в разные годы писало множество авторов, в том числе погибший недавно Юрий Щекочихин.
Эти и другие результаты вошли в отчет нашей группы, который мы разослали другим исследовательским группам для согласования в конце сентября (11.12.2003 отчет опубликован в интернете по адресу www.somnenie.narod.ru/bl/obzor2.html).
Михаил Трепашкин инициировал и другие направления поиска.

В качестве официального защитника одной из пострадавших Трепашкин должен был участвовать в процессе, начавшемся 31 октября в Мосгорсуде. К предварительному знакомству с уголовным делом его не допустили, сославшись на то, что разбираемое судом дело не имеет отношения к его подзащитной, а касается только Волгодонска. Однако теперь стало известно, что суд рассматривает и московские события и допрашивает свидетелей-москвичей.
Ясно, что участие Трепашкина в процессе опасно для тех, кто боится объективного расследования событий. Среди этих людей оказалось и руководство ФСБ, по чьей инициативе Трепашкина преследуют Главная военная прокуратура и, мы уверены, подмосковная милиция.
Чтобы можно было хоть сколько-нибудь доверять выводам суда, суд должен быть открытым (у террористов и правоохранительных органов не должно быть СОВМЕСТНЫХ секретов от публики), и к участию в нем должен быть допущен адвокат, имеющий на это законное право и лучше других знающий обстоятельства событий. Для этого Михаил Трепашкин должен быть освобожден.

Людмила Евстифеева, Евгений Фрумкин

Picket for Mikhail Trepashkin

On December 15 at 11:00 at the building of the Moscow District Military Court (Moscow, Stary Arbat, 37), the Committee for the Defense of Political Prisoner Mikhail Trepashkin is holding a picket in his defense.

Information about the case of Mikhail Ivanovich Trepashkin can be obtained on the websites trepashkin.narod.ru and kolokol.ru or by phone: Gorokhov N.V. 352-80-77, 8-916-981-80-09.

Mikhail Trepashkin and the Apartment Bombings

Statement of the Moscow Group for the Investigation of the Events of September 1999

• Mikhail Ivanovich Trepashkin, a former FSB investigator and now a lawyer, was detained on October 22 — one week before the start of hearings in the Moscow City Court regarding the apartment bombings.
• The issue of his arrest on charges of a serious crime — disclosure of state secrets — had been considered by the Chief Military Prosecutor's Office since the spring. However, he was arrested on a different charge — possession of a pistol. We are convinced that this charge is falsified and that Trepashkin's arrest is specifically connected to the bombings case.
• We are aware of five cases of obvious planting of weapons on Chechens and Ingush known to us.
  • In two of them, people were sentenced to 3 years but released after a year.
  • In the other three, criminal cases were not even initiated — neither against the detainees nor regarding the discovery of the weapons.
• Another Ingush man, allegedly with traces of hexogen on his hands, was held in prison for 3 months, subjected to physical and moral torture. They are attempting to charge Trepashkin himself with illegal possession of weapons for the fourth time already.

It was only thanks to Trepashkin that the investigation of the bombings became an actual investigation, rather than just reading others' publications. Mikhail pointed out a methodology that made it possible to search for witnesses. He presented the first pieces of information he found himself to all three groups investigating the events: Felshtinsky, Kovalev, and us. Subsequently, using his methodology, our group and Yuri Felshtinsky obtained results that are, in our view, very important.

We declare that compelling evidence has been found of FSB involvement in the organization of the apartment bombings.

1. An anonymous prediction originated from the FSB regarding the bombing of "three houses in residential areas of Moscow." Three houses were indeed mined: two were blown up, and one (on Borisovskie Prudy Street) was defused in time.
2. A connection has been found between the firm that helped register the firm of the main accused — Gochiyayev, and for which he was not an ordinary client, and a firm belonging to a major Moscow criminal group. Many authors, including the recently deceased Yuri Shchekochikhin, have written about the ties between this group and the FSB over various years.

These and other results were included in our group's report, which we sent to other research groups for coordination at the end of September (on 11.12.2003, the report was published on the internet at www.somnenie.narod.ru/bl/obzor2.html).
Mikhail Trepashkin initiated other lines of inquiry as well.

As the official defense counsel for one of the victims, Trepashkin was supposed to participate in the trial that began on October 31 in the Moscow City Court. He was denied preliminary access to the criminal case file on the grounds that the case being heard by the court had no relation to his client and concerned only Volgodonsk. However, it has now become known that the court is also considering the Moscow events and questioning witnesses from Moscow.

It is clear that Trepashkin's participation in the trial is dangerous for those who fear an objective investigation of the events. Among these people is the leadership of the FSB, at whose initiative Trepashkin is being persecuted by the Chief Military Prosecutor's Office and, we are certain, the Moscow Region police.

In order for the court's findings to be even slightly trustworthy, the trial must be open (terrorists and law enforcement agencies should not have JOINT secrets from the public), and a lawyer who has a legal right to do so and knows the circumstances of the events better than others must be allowed to participate. For this to happen, Mikhail Trepashkin must be released.

Lyudmila Evstifeeva, Evgeniy Frumkin