[03:41 - 04:46] From Anarchist Tendencies to Understanding Political Action

Это, кстати, ну, даже я тоже с ребятами обсудила этот вопрос, потому что я сама помню, когда я жила в Казани, общалась в основном с учёными, ну, с образованными людьми. И это правда была, ну, это было в начале 90-х годов. И мне всегда удивило, что вот этот слой народ в большой степени считали, э-э, считал, что политика - это не для них. Только сейчас я чувствую, что вот эти же люди, кто остался, э-э, они сейчас только это вот с с тем, что случилось сейчас с Украиной, они сейчас только стали понимать, какой большой момент они тогда пропустили в том, что они не не стали э-э, интересоваться политикой. То, что вы говорите, наши вот Юрия, он всё-таки один из тех, кто этим занимался. Ну, который очень быстро понял, что э-э, это э-э, это важно. Да. Это важно, это необходимо. А почему другие не понимали это? Потому что вот это я сама вот очень очень, э-э, резко. Я могу говорить о том круге, в котором я выросла. Вот, например, мой папа, который абсолютно государственник по своему складу, он объяснял мне, а я вот такого вообще была диссидентского некоторого плана барышня, и она даже, я бы сказала, анархистского, скорее, вот в школьные годы, в ранней юности. А он говорил: 'Ты должна идти в партию'. Я в партию? Ты что, шутишь? 'Ты должна в партию, там должны быть нормальные люди. И тебе не нужно быть художником. Ты должна идти в партию для того, чтобы создавать возможность художникам творить. Кто-то же должен это делать? А у тебя есть там такой общественный некоторый темперамент, есть энергия, есть сила, ты понимаешь, что такое искусство, ты любишь искусство. Да кого любишь? Себя в искусстве или искусство? Так вот, чтобы было искусство, ты должна идти в партию и как член партии создавать возможности для художников. Ты ругаешься, что все партийные художники чёрт-те что делают, вот ты должна поменять. Раз ты понимаешь, что ты можешь, иначе это нечестная жизнь.' Вот у меня такой папа был.